• Чт. Июн 20th, 2024

Про патронат начистоту

Май 23, 2024

Патронатные мамы Павлодара напрямую рассказали обо всех трудностях, с которыми им приходится сталкиваться при воспитании приёмных детей. Но вряд ли в ближайшей перспективе им суждено быть услышанными.

Не о тарелке супа речь

Хотя бы потому, что вопрос финансовой поддержки патронатных детей – прерогатива профильного министерства, и решить ее на местном уровне не получится даже при самом большом желании. Хотя ситуация с поддержкой детей, когда они находятся в доме ребенка и когда оказываются в кругу патронатной семьи, сама по себе странная. В первом случае государство на их содержание выделяет 4000 МРП в месяц, а во втором – всего 10. Это 37 тысяч тенге, если округлить.

– Безусловно, я взяла ребенка на патронатное воспитание не ради денег, но не говорить на тему финансов просто невозможно. Простой пример. Моему ребенку нужно вылечить зубы. Я не знаю, какой стоматологический опыт у девочки был в то время, когда она находилась в госучреждении, но при одном виде государственной стоматологической поликлиники у нее начинается настоящая истерика, я бы даже сказала паника. Никакими силами или уговорами ее просто невозможно туда заманить. Мы лечим зубы только у частного стоматолога, а какие там расценки, думаю, говорить никому не нужно. Поставил три пломбы вместе с обезболивающим – и месячного содержания ребенка как не бывало, – взяла слово одна из патронатных мам Эрене Даирова.

Впрочем, и без всяких примеров понятно, что на 10 МРП в месяц даже просто прожить невозможно, покупая из продуктов только самое необходимое. А ведь патронатные дети все без исключения нуждаются в дополнительных занятиях у логопедов, репетиторов.

– Дети, содержащиеся в государственных учреждениях, в большинстве своем очень сильно отстают в развитии. Их просто загоняют в эту задержку тот стресс, те психологические проблемы, с которыми они оказываются один на один в результате отсутствия рядом родных и любимых людей, – убеждена координатор проекта «Дом мамы» в Павлодаре Асель Абишева.

При этом патронатные мамы Павлодара – реалистки. Они не летают в облаках и даже не заикаются о золотых горах. Всё, что они просят, это увеличить государственную выплату на содержание патронатного ребенка с сегодняшних 10 МРП для школьников и 9 МРП для дошкольников до 20. 74 тысячи тенге, конечно, тоже невеликие деньги, но на них хотя бы можно подкорректировать психологическое состояние несовершеннолетнего, его общее и личностное развитие.

Как заметила одна из патронатных мам, «на тарелку супа, если утрированно, у патронатных семей средства есть, а вот на развитие детей, чтобы они ни в чем не уступали своим сверстникам, уже нет, и приходится ходить с протянутой рукой, взывая к социальной ответственности частников».

Когда не знаешь куда бежать…

Еще один не менее актуальный вопрос для патронатных родителей – это оказание психологической поддержки. И это вовсе не прихоть, как может показаться тем, кто слышал о патронатном воспитании лишь краем уха. Знакомясь с женщинами, принявшими в свою семью детей-сирот или детей, оставшихся без попечения родителей, начинаешь понимать, что для них это просто необходимость. Чтобы психологически не сломаться. Да и физически тоже.

– В моем случае «конфетно-букетный период» длился ровно неделю. А потом началось такое, что я, педагог по образованию, не знала, куда мне бежать и что делать. Я в панике звонила воспитателям дома ребенка и чуть ли не рыдала: «Вы меня обманули! Это совсем другой ребенок!» – честно признается Асель Абишева.

Координатор «Дома мамы» в Павлодаре вот уже два года воспитывает патронатного сына. Когда-то он вместе со своей родной матерью жил в стенах ее приюта. Асель перерезала ему путы. И она же отвозила его, тогда еще годовалого малыша, в дом малютки, когда его родную мать осудили по довольно тяжкой статье. Три года малыш воспитывался в государственном учреждении. Его готовили уже к переводу в детский дом, предназначенный для детей старшего возраста. И вот как раз в этот момент Асель, имеющая собственных детей-двойняшек, приняла непростое решение – оформить на этого мальчика патронат.

– Я просто поняла, что третья психологическая травма ребенка сломает. Сначала мама ввиду обстоятельств его оставила, затем определение в дом малютки. Если бы его перевели из одного казенного учреждения в другое – всё! Это было бы уже безвозвратно. Потом его нужно было бы уже собирать из каких-то частей, чтобы он не пошёл по кривой дорожке. Посоветовалась с мужем, с детьми. Семья меня поддержала. Я знала, что будет непросто, но не думала, что до такой степени, – продолжает свою историю женщина.

…Перед тем как оформить патронат, участник программы в обязательном порядке должен пройти школу приемных родителей. Без сертификата о прохождении этих курсов ребенка на патронатное воспитание не отдадут. Кстати, с недавних пор школу приемных родителей обязали проводить и детские дома. Правда, к качеству этой подготовки есть большие вопросы.

– Порой обладатели сертификатов о прохождении школы приемных родителей даже базовых вещей не знают, – сетует главный врач Павлодарского областного дома ребенка Багдат Кембаева.

Именно по этой причине, если кто-то вдруг задумывается об оформлении патроната, лучше воспользоваться курсами, которые проводит фонд «Национальное агентство по усыновлению». Вот где потенциальным патронатным родителям рубят всю правду-матку! Супруги, принявшие такое решение, должны знать, на что идут.

– Процентов 30 из тех, кто проходит школу приемных родителей при фонде «Национальное агентство по усыновлению», разворачиваются и уходят. И это честно. Лучше сразу признаться себе, что патронат – это не про нас, чем потом возвращать ребенка обратно в детский дом. Такие случаи, к сожалению, не редкость. Да что греха таить, я и сама была близка к этому. Несколько раз плакалась мужу: «Всё! Я больше не могу! Пусть они его забирают назад! Я не выруливаю!» Тогда мне очень хорошо помог психолог от фонда. Он прямо на дом к нам выезжал. А еще муж и, как это ни странно, мои дети, которые где-то нашего нового члена семьи защищали, где-то отвлекали, где-то договаривались. В общем, сглаживали острые углы. Первое время по пути в садик муж договаривался с патронатным сыном: «Давай сегодня без твоих выкрутасов». Правда, поначалу мальчуган пускал в ход манипуляции, типа «а что мне за это будет». И действительно приходилось действовать по принципу «баш на баш». Сейчас уже такого нет. Но я всё равно не могу сказать, что даже спустя два года всё выровнялось, – по сей день есть шероховатости. Но, конечно, они несравнимы с тем, что было, когда на фоне стресса каждые 2-3 месяца в моем организме что-то давало сбой, – рассказывает Асель Абишева.

При этом если проанализировать, что же изменилось за эти два года, то, говоря начистоту, это вовсе не поведение ребенка. Ну разве что только самую малость. У психологов на этот счет есть хороший совет: «Если не можешь изменить ситуацию, измени свое к ней отношение». В большинстве случаев именно это и происходит с патронатными родителями. Они просто пересматривают свое отношение к принятым в свою семью детям. Так произошло с Асель. И так по большому счету происходит со всеми, кто однажды пополнил ряды патронатных родителей. Вот почему эти семьи и просят создать если не психологический центр, то хотя бы один кабинет, специализирующийся только на психологической помощи приемным родителям и их новоявленным детям.

Но и здесь не всё так просто. Заместитель акима Павлодара Светлана Гладышева честно призналась: ситуация с психологами в Павлодаре просто аховая. В некоторых школах на одного школьного психолога приходится до 1200 детей при нормативе в 400. При такой нагрузке ни о каком качестве оказания психологической помощи речи даже идти не может. И первоочередная задача – это качество повысить. На создание отдельных психологических центров, ориентированных исключительно на приемные семьи, нет ресурсов – ни человеческих, ни финансовых. По крайней мере в ближайшие два-три года точно. В качестве альтернативы Светлана Гладышева предложила воспользоваться услугами службы психологической помощи, которая работает на базе Дворца школьников. Для тех, кто не знает, она бесплатная и, что немаловажно, абсолютно конфиденциальная. Правда, есть еще один вариант, но не здесь и сейчас, а как раз-таки на ближайшую перспективу. Город может оплатить психологические услуги для приемных родителей, если это будет, к примеру, государственный социальный заказ. Эту идею может воплотить тот же фонд «Национальное агентство по усыновлению», если напишет добротный проект и выйдет с ним на соответствующий конкурс.

Без статуса никуда

Говорили приемные родители и о необходимости предоставления ощутимых скидок (не в 10-20 процентов, а хотя бы в 50) на медицинские услуги, поскольку зачастую то, что требуется для лечения патронатных детей, не входит в перечень ни гарантированного бесплатного объема медицинской помощи, ни ОСМС. Теперь об идентификации приемных детей в сфере медицины – речь о том, чтобы в медицинских базах имелись сведения, что тот или иной маленький пациент находится на патронатном воспитании. Как объяснила представитель фонда «Национальное агентство по усыновлению» в Павлодаре Салтанат Сипатилова, нужно это для того, чтобы врач знал о статусе ребенка.

– Дети из детских домов редко когда бывают здоровыми. Зачастую вместе с ребенком патронатный родитель получает и целый букет его болячек, нередко запущенных. Приходишь на прием к врачу и выслушиваешь претензии: «А куда вы раньше смотрели, мамаша? А почему так запустили?» И ведь не скажешь при ребенке врачу, что он обращается не по адресу, – сетует Салтанат.

Много о чем еще говорили патронатные мамы. Но все их проблемные вопросы, большие и маленькие, в одночасье решить невозможно. Хорошую идею подала Багдат Кембаева, предложившая разработать закон «О статусе приемной семьи», по типу такого, который был принят в отношении защиты педагогов. В этом случае можно было бы законодательно прописать те же скидки на медицинские услуги приемным семьям, потому что в противном случае это будет не более чем рекомендация управления здравоохранения, которую тот же частник может выполнить, а может и нет. Идея пришлась по душе всем. Так что павлодарцы вполне могут стать инициативными реформаторами всего казахстанского института приемных семей.

Ирина ВОЛКОВА.

Фото из инстаграм-аккаунта Салтанат СИПАТИЛОВОЙ.