Богатые тоже плачут… Приходил «новый казах», с которым мы довольно много общались в последние годы, рассказывал о своих мытарствах…

Он взял кредит в банке – уже в третий раз. До этого брал там же, вовремя возвращал и надеялся рассчитаться и по этому. Сумма большая – десять миллионов тенге. И дал её банк под залог имущества – молочную кухню в центре города, оценённую в 20 миллионов тенге…

Новый бизнес у моего знакомого, как это, увы, нередко случается, «не пошёл», кредит было возвращать нечем, и он решил отдать банку ту самую кухню, что числилась в залоге. Но оказалось, что она уже отдана банком «третьему лицу» из Семипалатинска, причём за бесценок.

Как такое могло получиться? Очень просто. Кухня была оформлена на жену предпринимателя. Он куда-то уезжал, а её пригласили в банк, чтобы подписать какие-то бумаги. Она и подписала, не вникая в суть дела… А когда муж пришёл в банк разбираться, то выяснилось, что жена подписала заменённые банком листы кредитного договора и договора залога. В результате семейство осталось без молочной кухни, с непогашенным кредитом, залогом возврата которого стало уже крестьянское хозяйство предпринимателя с сотнями голов крупного рогатого скота, десятками лошадей, техникой и прочим имуществом…

Предприниматель, которому это хозяйство досталось потом и кровью (он создавал его многие годы), разумеется, возмутился: да это же подлог и мошенничество, ведь стоимость молочной кухни вдвое покрывала сумму кредита! Как можно было отдавать её за бесценок, не поставив его в известность, ведь кредит-то оформлял он? А во-вторых, жена не имела права подписывать новые листы кредитного договора, ведь владелец крестьянского хозяйства он, а не она?

Пошёл предприниматель по инстанциям – в УВД, прокуратуру, суд. Было заведено уголовное дело на директора банка и следствием доказано – подлог налицо. Но череда судебных разбирательств неизменно заканчивалась решениями в пользу банка, директор которого настаивал на том, что листы договоров были заменены по согласованию сторон.

Тем временем судоисполнители описали уже не только имущество крестьянского хозяйства предпринимателя, но и (в счёт растущих процентов по непогашенному кредиту) его дом в Павлодаре, машину…

Я сказал ему, что беру эту историю на заметку, хотя помочь ему после того, как все судебные инстанции уже пройдены, вряд ли смогу. Он же, вероятно, рассчитывал, что мы опишем его мытарства в газете… Сказал, что намерен обратиться в прокуратуру республики…

Он ушёл. А я остался со смутным ощущением вины перед ним… Я знаю его как порядочного человека, труженика… И вот он в беде, а я ничем не могу ему помочь… Может, и впрямь попытаться описать его историю, изложив в ней обе точки зрения?

Добавление из 2013 года. Какое-то время я ещё помнил о его приходе, а потом дела закрутили, текучка… И он с тех пор ни разу ко мне больше не приходил, хотя до этого забегал частенько… Потом наши пути иногда пересекались, мы здоровались, но не более того… Конечно, мне хотелось узнать, чем всё закончилось, и он сам однажды сказал, что ещё зайдёт ко мне и расскажет… А через очень короткое время он скоропостижно скончался… Во мне же до сих пор живёт чувство вины – будто я оставил его в трудную минуту без поддержки…

* * *

На циферблате главных городских часов (тех, что установлены на здании почтамта) поменяли стрелки. Валера Бугаев заснял этот момент, и этим его прекрасным снимком мы открыли сегодняшний номер.

* * *

Приглашали на дегустацию элитных сортов виски и «текилы», коньяка «Мартель»… Я уж было совсем губу раскатал, но пришлось ехать в Экибастуз – и совсем по другому поводу. Вот так судьба нас и ставит на место…

* * *

Ольга Фролова проехала с десяток сёл Павлодарского и Качирского районов и хорошо написала о сельской медицине. Главный вывод: сельские врачебные амбулатории всё же живы, хотя в них очень многого недостаёт; лечиться деревенским жителям, как и во все времена, недосуг, и к врачам и фельдшерам они идут лишь в крайних случаях; и ещё: в село тоже уже добралась платная медицина.

* * *

Подведены итоги сельскохозяйственного года. Он был успешным: выращен и собран хороший урожай. Мои земляки-железинцы отмечены за этот успех главным призом – машиной «Волга». Среди хозяйств лучшими названы ТОО «Победа» и ТОО имени Абая.

И ещё событие: при облсельхоз­управлении создан небольшой музей сельского хозяйства, куда и я передал несколько экспонатов: книжки, публикации, снимки…

* * *

Экибастузец Серик Джаксыбаев – краевед, активный наш автор, много лет пишет историю своего города и региона. Недавно он обратился к нам с необычной просьбой – помочь через газету найти человека, способного перевести с французского языка изданную в 1897 году в Париже книгу Жюля де Кателена. Это тот самый Кателен, барон, горный инженер, который приезжал в наши края ещё в 18 веке – по приглашению горнопромышленника А. Дерова, чтобы подтвердить наличие крупного угольного месторождения.

Книгу эту С. Джаксыбаев 12 лет назад получил из Ленинградской публичной библиотеки и все эти годы не мог найти переводчика с французского.

Может, после нашей заметки кто-нибудь откликнется?

* * *

Уволил М. Даже не стал его на этот раз выслушивать. Уж сколько раз воспитывал, стыдил, стращал, прощал… И жаль его по-человечески, но терпеть это пьянство больше нельзя было…

Знаю, что поступил правильно, а на душе всё равно гадко…

* * *

Заходил Б.В. Исаев. Выглядит пока неважно, но держится бодро. Операцию перенёс хорошо – она была на открытом сердце, с полной его остановкой. Суть – замена части сердечных сосудов, забитых холестерином, веной, взятой из ноги… Врачи сказали, что без операции инфаркт был неизбежен, притом очень скоро…

Операция обошлась в пять тысяч долларов. Деньгами помог аким области, с которым у Б.В. сложились хорошие отношения.

* * *

Подготовил для газет соседних российских регионов 90 информаций. Кто оценит этот титанический труд?

Теперь разошлю в Омск, Новосибирск, Барнаул – пусть печатают…

 

Юрий ПОМИНОВ.

(Продолжение следует).

irstar.kz