• Пт. Июл 19th, 2024

Доктор тоже плачет

Июл 11, 2024

Порой в жизни случается нечто, что даже опытные врачи, в большинстве своём скептики в профессии, лишь недоумённо пожимают плечами. «Если бы я на 100 процентов не была уверена в диагнозе этого пациента, никогда бы не поверила, что это возможно», – вспоминает случаи чудесного исцеления детей павлодарская онкогематолог Ольга Ким.

Слушать и слышать

Вообще, Ольга Ким, педиатр по своей основной специальности, заведует соматическим отделением в Павлодарской детской областной  больнице и может немало интересного и, что немаловажно, полезного для родителей рассказать про сезонные аллергические риниты, бронхиальную астму как осложнение нелеченных аллергических состояний (как раз сезон располагает). Но так получилось, что наш разговор перешел на детскую онкогематологическую службу, которой Ольга Анатольевна руководит вот уже 10 лет, с момента объединения гематологии и онкологии в единое целое.

– К сожалению, статистика ранней выявляемости онкологических патологий среди детей в регионе не очень хорошая. Сегодняшняя реальность такова, что заболевание на первой-второй стадии выявляется лишь примерно в 50 процентах случаев, тогда как в мире этот показатель приближается уже к 80-85 процентам, – говорит моя собеседница, сожалея о том, что павлодарская статистика, увы, далека от мировой.

Причину этого специалист видит в сумасшедшем ритме жизни родителей, которые не всегда обращают внимание на изменения в состоянии и поведении своих детей.

– Если ребенок стал вдруг жаловаться на боли в ножке, как минимум не отмахивайтесь от этого симптома, понаблюдайте. Это может свидетельствовать о нехороших изменениях в костной ткани. Со стороны нервной системы могут возникнуть поведенческие отклонения, может появиться косоглазие. Заболевания кровеносной системы выдают неестественная бледность, появление непонятных синячков на теле, чересчур частые простудные заболевания, – перечисляет тревожные симптомы Ольга Ким.

– Наверное, родителям сложно распознать ту грань, когда нужно беспокоиться и когда это того не стоит, потому что дети есть дети, они бегают, прыгают. В игре можно незаметно и ногу подвернуть или как-то повредить, и синяки себе набить.

 – Конечно, если жалобы имеют разовый характер, то и говорить не о чем. Но если вы замечаете периодичность в жалобах своего ребенка, то лучше поделиться своими страхами с врачом по месту жительства, – рекомендует Ольга Ким.

Всех своих коллег, работающих в поликлиниках, врач детской областной неустанно учит слушать и слышать родителей.

– Кто, как не родители, которые круглосуточно находятся со своими детьми, могут заметить тревожные изменения в их поведении или состоянии. Я всегда говорю коллегам: если что-то насторожило родителей, то это должно насторожить и врача. Не нужно отмахиваться как от чего-то незначительного, если мама на приеме говорит о синяках, часто появляющихся на теле ребенка. Зачастую элементарный анализ крови может рассказать главное, – продолжает свою мысль онкогематолог.

Безусловно, я не могла не спросить у неё, как родителям не потерять драгоценное время в условиях постоянной очереди к узким специалистам в детскую областную.

– Да, очереди есть, – не отрицает проблему Ольга Ким, – но всегда есть и телефон. Мои контакты имеются у всех врачей в поликлиниках. Если они что-то заподозрили, а ближайшая запись к узкому специалисту не скоро, наберите мой номер. Я, как и все врачи детской областной, никогда и никому не отказываю в помощи. Если даже я не смогу осмотреть этого ребенка сегодня, то обязательно сделаю это завтра, – говорит моя собеседница.

Сегодня на онкологическом учете по всем патологиям в Павлодарской области состоят 109 ребятишек. В структуре детских онкозаболеваний лидируют острые лейкозы и опухоли центральной нервной системы.

– В год мы берем на учет от 4 до 6 детей с острыми лейкозами и от 7 до 9 с опухолями центральной нервной системы, – обращается к нерадостной статистике врач.

Но тут же обнадеживает:

– По острым лейкозам выживаемость маленьких пациентов в Павлодарской области почти приближена к международным стандартам – 80 процентов. Оставшиеся 20 процентов – это тяжелое или агрессивное течение заболевания, повлиять на которое мы, к сожалению, не можем, – вновь апеллирует цифрами Ольга Ким.

Чудеса случаются…

Впрочем, даже самые тяжелые случаи порой совершенно неожиданно для лечащего врача заканчивались благополучно. Да, их немного, но они есть.

За 34 года, которые Ольга Ким работает сначала в отделении гематологии, а после реорганизации – в онкогематологии, в ее практике были два случая необъяснимого с точки зрения медицины излечения детей, которые иначе как чудом и не назовешь.

 – У обоих детей был 100 процентов подтвержденный диагноз – острый лейкоз. Если бы не это обстоятельство, я бы, наверное, не поверила, что такое вообще возможно. Но это факт. Курс интенсивного лечения при этом заболевании обычно составляет 7-8 месяцев. Ребенок прошел лишь один месяц специальной терапии, и родители увезли его на лечение в Грузию. Не в какой-то специализированный онкологический центр или в научно-медицинский университет, а… к травнику. Из Грузии этот пациент вернулся совершенно здоровым. Мы полностью его обследовали и не выявили никакой онкологии. С тех пор я поняла, что в природе действительно есть какие-то лечебные травы, способные побороть атипичные клетки. В другом случае необъяснимого с точки зрения медицины выздоровления ребенок на фоне поражения центральной нервной системы вообще впал в кому. Но там настрой у папы вообще был просто бешеный! Он и мысли не допускал, что может потерять своего единственного сына. Родители привезли ребенка из Алматы, где он проходил лечение, домой, организовали за ним шикарный уход. И мальчишка выкарабкался! Вообще без каких-либо препаратов и лечения! Вот этот оптимистичный настрой отца вытащил ребенка с того света. Ничем другим я объяснить то, что произошло, не могу! – вспоминая эти по-настоящему удивительные случаи, Ольга Ким улыбается.

…и слёзы тоже

Было бы здорово, если бы поводов для улыбок во время работы было больше. Но будни онкогематолога таковы, что нередко приходится собирать всю свою волю в кулак, сдерживать подкатывающие слезы (порой и не без этого), чтобы донести до родителей, что ни один из них принять спокойно не в состоянии.

 – Самое тяжелое, когда ты знаешь, что прогноз неутешительный, но родители продают все: машины, квартиры, оставаясь в прямом смысле ни с чем, чтобы увезти своего ребенка на лечение за рубеж. Я не могу забрать у них эту последнюю надежду. Но поверьте, проживать вместе с родителями своих пациентов все это очень тяжело. Конечно, выгорание в нашей профессии рано или поздно настигает всех. Нет ни одного врача, который бы через это не прошел. Но тяжелее всех приходится именно тем, кто работает в сфере детской онкогематологии. Именно по этой причине в национальном центре в Астане, куда в том числе мы отправляем и наших пациентов, большая текучка кадров. Доктора не выдерживают не столько физической нагрузки, сколько моральной, увольняются.

Наверное, в этом плане очень выручила бы зарубежная практика психологической разгрузки для врачей. Но в Казахстане такого нет. И медикам приходится вытаскивать себя самим. Кто-то по выходным уезжает на рыбалку, кто-то идет в бассейн, а Ольга Ким совершенствует свой английский и ходит на концерты, где отдыхает душой.

Когда педиатрия – это любовь

Несмотря ни на что, ни разу Ольга Ким не пожалела, что, придя после аспирантуры устраиваться на работу в стационар, где всегда и хотела работать, согласилась на отделение гематологии, в котором на тот момент было единственное свободное место.

 – Педиатрия – это любовь всей моей жизни. Я всегда хотела работать именно с детьми. И именно в стационаре, где ты имеешь возможность наблюдать за пациентом и видеть результаты лечения в динамике. В гематологии я на тот момент была полным профаном, но все равно сказала «да»! И начала учиться, – говорит моя собеседница.

 – Ольга Анатольевна, вы начали говорить о загранице в контексте родительских желаний отвезти ребенка туда, где лучше. Но в последнее время и онкологическая служба Казахстана развивается особенно хорошими темпами. Есть принципиальные различия между зарубежным лечением и отечественным?

 – Могут немного отличаться протоколы лечения. Допустим, мы работаем по немецким протоколам 2018 года, а за границей уже используют в лечении протоколы 2022 года. Это более современные препараты. Такое отставание в протоколах лечения связано с тем, что Казахстану нужно зарегистрировать новые препараты. На это требуется время. Но это в основном касается случаев рецидивов. Тогда лечение за рубежом действительно оправданно. А вот первичное лечение заболевания одинаково у всех. Ну и за границей есть больший доступ к международной базе доноров костного мозга. В Казахстане в основном такими донорами становятся родственники пациента.

 – И последний вопрос из разряда «Родителям на карандаш». Какие изменения в крови должны насторожить, насколько большими могут быть эти значения?

 – Размер или масштаб изменений здесь не имеет значения. Здесь главное то, что эти изменения есть. Если лабораторное исследование выявило низкий гемоглобин, низкие тромбоциты, низкие или высокие лейкоциты – нужно получить консультацию специалиста. Безусловно, могут быть и другие причины изменений показателей в крови. Но лучше перестраховаться.

Беседовала Ирина ВОЛКОВА.

Фото из архива героя публикации.