– Людмила Васильевна, расскажите о вашей семье, о годах жизни в Павлодаре.

– Наша семья приехала в Павлодар в 1961 году на строительство алюминиевого завода, папа был главным инженером. Жили на Алюминстрое. Папа Василий Георгиевич – сибиряк, фронтовик. До войны окончил техникум, был специалистом, у него была бронь на военном заводе, но ушёл добровольцем, сказал: «Как же, все воюют, а я отсиживаюсь в тылу». Мама его, Татьяна Петровна, провожая на фронт, прокричала: «Не бойся, Васятко! Я тебя отмолю!». И отмолила – каждую ночь молилась. Всю войну папа был на передовой – миномётчик, связист, одиннадцать раз оставался один живым из взвода, даже прозвище ему дали «Бессмертный». Закончил войну в Кёнигсберге, тяжелое ранение, год госпиталей. После фронта экстерном за три года окончил Новосибирский строительный институт. Вообще, он был человек кристальной честности, преданности делу, крайне скромен и интеллигентен в жизни. Насколько я помню, за все годы в отпуске бывал пару раз. Всё какие-то планы, стройки, работа от темна до темна, дома видели редко.

Весь дом был на маме – Прасковье Ивановне Ластовере, из репрессированных казаков. Дедушка, Иван Ильич Ластовера, дважды георгиевский кавалер, прошёл Японскую, Первую мировую, а потом… Нарым – высадили с баржи в ноябре месяце на пустынный берег. Ни жилья, ни еды, выживали до весны в землянках, подпёртых берёзовыми стволами, мама вспоминала: «Ой, как же они по весне распустились, какой запах был!». За зиму от дизентерии и истощения умерла большая часть спецпереселенцев. Дедушка, светлая ему память, сохранил всех семерых детей.

В высшие учебные заведения детей «кулаков» не пускали. Мама была отчаянная – пошла добровольцем на фронт, дошла до Бреста, не того, знаменитого, а в районе Урала, где её «завернули» по той же причине. Осиротела семья рано. Мама прошла и лесоповал, и труд­армию. Обмороженные на всю жизнь ноги… Но всегда красивая, стройная, неунывающая – фантастическое чувство юмора и задора. А как она плясала! Как била чечётку! Как мы все вместе пели казачьи песни на берегу Иртыша в Павлодаре! Папа великолепно играл на балалайке. Моя единственная оставшаяся в живых тётя Галя, в Ангарске, вспоминает, что, вернувшись из госпиталя, папа первым делом взял в руки балалайку и заиграл романс «Ночь светла», а в солдатском рюкзаке благоухали душистые южные яблоки из Ташкента, где он лежал в госпитале.

Четвёртый класс я закончила в 25-й школе, потом построили новую, 14-ю, где и окончила десятилетку. Была отличницей, несмотря на то, что с 9 класса совмещала учёбу в театральной студии и школе.

Запомнились удивительные педагоги. Римма Харутдиновна по литературе – на всю жизнь привила любовь к своему предмету. И незабвенная Эмма Андреевна Петкер – наш классный руководитель и преподаватель немецкого языка, заложившая на всю жизнь любовь и чуткость к иностранному языку. Кстати, с преподавателем иностранного языка мне повезло и в училище им. Щепкина в Москве: там французский язык преподавала внучка Вернадского Зинаида Михайловна Дирина, все звали её Зизи Мишель. Она учила и Даля, и Домогарова, и Меньшикова. Она умела влюбить учеников во Францию на всю жизнь. Благодаря таким педагогам спустя годы сдавать кандидатский минимум в аспирантуре сразу на двух языках (немецком и французском) было одно удовольствие.

В Павлодаре живёт моя любимая школьная подруга, Лидочка Бирюкова-Резникова, женщина необыкновенной красоты – и внешней, и внутренней – при этом работник очень серьёзной профессии. А Вася Беспалов, с которым мы не один год сидели за одной партой, моя первая любовь, увы, безвременно погиб в 23 года. В павлодарской земле покоится прах моих самых близких: папы, мамы, младшей сестрички Наташеньки.

– А как вспоминаются годы учёбы в театральной студии?

– Поступление в студию при Павлодарском областном театре стало поворотным событием всей моей жизни. Сейчас, на расстоянии лет, когда есть с чем сравнивать, понимаешь, какое это было уникальное явление в истории театра страны, да и мира, – Павлодарский областной театр.

Горстка выпускников московских вузов задумали создать на целине настоящий театр, где было бы совершенство формы и высокого духа, и как-то это удалось. Один репертуар чего стоит: «Послушайте» по произведениям Маяковского, «Братья Карамазовы», «Три сестры», «Горячее сердце» – это традиции и МХАТа, и Малого, и Таганки. Вообще, театр удивительно чувствовал пульс времени, и результатом было невероятное по тем временам: периферийный театр был удостоен приглашения на гастроли в Москву, да ещё в Кремлёвский театр! А там нас и в Германию звали, представитель Театра Б. Брехта такие речи говорил! Мы, студийцы первого набора, окунулись в неповторимую атмосферу творчества, служения искусству, даром что наш учитель, Дориан Нахимович Дралюк, светлая ему память, не уставал повторять: «Священнодействуй или убирайся вон!». И как же самозабвенно мы служили Театру. Незабываемые гастроли по области в открытом грузовике, под палящим солнцем и в пыли. Но сколько радости, восторга и открытий подарили они нам!

Помню удивительных актёров, учителей и наставников нашего театра: В. Ермаков, Д. Дралюк, В. Кузенков, Л. Монастырский и потрясающий, безвременно ушедший актёр Афанасьев – неповторимый Митя Карамазов.

Мои студийцы – Алексей Булдаков, Володя Ерёмин, Нина Малеева, Толя Чернятевич, Олег Прописнов, Наташа Красноок, Ляля Молокова – как же нас разбросала судьба, но я уверена, в сердце каждого нашлось место нашей студийной юности. С Владимиром Ерёминым судьба сводит на съёмочной площадке и во ВГИКе, где мы преподаём с Юрием Назаровым. Недавно на выставке общего знакомого, прекрасного оператора и художника Сергея Филиппова, кинулись, как родные, друг к другу с Алексеем Ивановичем Булдаковым – вспоминали нашу юность, наш Павлодарский театр (А.И. Булдаков тоже ушёл из жизни не так давно – О.Г.).

В московском институте им. Щепкина моим художественным руководителем был великий М.И. Царёв – мы были последним курсом, которым он руководил. И фантастическая, ныне здравствующая Р.Г. Солнцева – у неё мы были первенцы.

– Как вы открыли для себя Павла Васильева?

– Творчество Павла Николаевича Васильева я открыла в пятнадцать лет в студии. Его стихи ходили тогда в списках. Как сейчас помню:

«…У тебя ль глазища сини,

Шитый пояс и серьга!».

Как же меня захлестнули тогда это буйство красок, неукротимая энергия и невероятная энергетическая насыщенность слова! Павел Васильев со мной всю жизнь!

Успела я познакомиться и пообщаться практически со всеми, кто знавал его живым. Это и Наталья Петровна Кончаловская, с которой судьба подарила мне многие годы общения, это и вдова поэта Елена Александровна Вялова-Васильева, и его родной брат Виктор Николаевич, и поэты, которые блестяще знали и ценили его творчество: Сергей Поделков, Владимир Цыбин, Борис Примеров, Борис Куликов, Анатолий Передреев.

Были времена, когда высокие сведущие люди настоятельно рекомендовали мне не связываться с поэзией опального поэта. Не послушалась и заплатила за это отсутствием определённых карьерных благ и преимуществ… Но по сей день во всех концертах и выступлениях в России и за рубежом звучит слово Павла Васильева.

Я вхожу в состав комиссии по наследию Павла Васильева, где мы, насколько возможно, ведём работу по увековечению наследия поэта с Сергеем Куняевым, Светланой Гронской, Юрием Назаровым, Николаем Селивановым, скульптором, автором мемориальной доски, которую мы наконец-то открыли в центре Москвы.

По творчеству Павла Васильева мы сняли три фильма, в том числе на канале «Культура» (режиссёр В. Андропов).

Это чудо, что в Павлодаре сохранился дом поэта. И какие же подвижники и радетели творчества поэта создавшие этот музей! Помню Лидочку Бунееву, первого директора музея, как она по крохам собирала экспозицию и фонды, какие устраивала литературные чтения, приглашала нас с Юрием Назаровым на концерты его памяти и встречи со зрителем – незабываемые годы!

Я вспоминаю свой приезд в середине 1980-х с делегацией из Москвы, с ещё здравствующей Еленой Александровной и Виктором Николаевичем.

Как знать, может быть, именно благодаря творчеству Павла Васильева я работала в высшей концертной организации страны, Московской государственной филармонии, и стала лауреатом премии «Имперская культура» за несение слова в театре и в кино и лауреатом государственной награды «Златна значка» в Сербии.

– Людмила Васильевна, расскажите о сегодняшних ролях, преподавательской работе, концертных программах.

– Почти двадцать лет связывает меня творческий союз с народным артистом России Ю.В. Назаровым. Создано семь литературно-музыкальных программ. Объездили мы всю Россию (от Находки до Мурманска), ближнее и дальнее зарубежье (от Кореи и Китая до Германии и Сербии). Постоянно ездим с фестивалями и мастер-классами. Участвуем в жюри международных театральных фестивалей.

Судьба подарила знакомство с чудным русским писателем-фронтовиком Виктором Астафьевым, к 80-летию по его произведениям на канале «Культура» был снят фильм «Затеси» (режиссёр А. Клименко), где мы с Юрием Владимировичем вдвоём – очень дорогая для нас работа. Кстати, в фильме «Куда не залетали чайки» Назаров играл прообраз отца Виктора Петровича.

Вместе с Юрием Владимировичем и моей дочерью, Полиной Нечитайло, киноактрисой и актрисой Театра на Таганке, мы записали три диска «Золотые страницы «Тихого Дона» по гениальному произведению М.А. Шолохова. С Полиной у нас тоже совместные концертные программы по произведениям П. Васильева, А. Пушкина, И. Бунина, Н. Лескова, М. Горького, М. Шолохова, военные программы.

Снимаемся в фильмах, одни из последних: «Платина», «Егорушка», «Воробей», «Непутёвая невестка». Преподаём с Юрием Владимировичем мастерство актёра во ВГИКе и на Высших режиссёрских курсах…

Часто вспоминаю родной город. Ах, Павлодар, «мой город ястребиный», город моего отрочества и юности, город первой любви, город первых шагов на сцене, город моего творческого становления!

 

Беседовала Ольга ГРИГОРЬЕВА.

Фото автора.

irstar.kz