• Пн. Май 27th, 2024

Как в испорченном телефоне

Окт 12, 2023

На прошлой неделе информагентства сообщили, что в восточных областях Казахстана, в том числе и в нашей, мукомолы находятся на грани закрытия мельниц из-за нехватки на рынке зерна по приемлемой цене. Между тем павлодарцы заметили: в последние дни хлеб немного подорожал, причём не из-за цен на муку пока, а в результате летнего повышения тарифов, в том числе на электроэнергию.

Откуда дровишки?

Что же происходит? В Павлодарской области есть свыше двух десятков мельниц, способных ежедневно пропускать через помол полторы тысячи тонн зерна. А всей области каждый месяц требуется 30 тысяч тонн пшеницы для муки, это выходит по году до 460 тысяч тонн. При таком раскладе собственных мукомольных мощностей в регионе достаточно. Хотя по ценам отдельный разговор, не первый год он тянется, в то время как уже два года подписываются меморандумы с восемью мукомольными предприятиями области о формировании стабилизационного фонда зерна, обеспечивающего пекарни мукой первого сорта для выпечки формового хлеба. В меморандуме участвовали несколько зерноводческих хозяйств области, плюс с прошлого года поддержка зерном по стабильной цене оказывалась Продкорпорацией.

И стабилизационный фонд действовал, хотя во время каждой хлебоуборки именно наши павлодарские мукомолы сетуют на нехватку дешёвого российского зерна для помола, игнорируя простой факт: рядом есть казахстанское зерно. В прошлом году были подозрения об участии хлебопёков в серых схемах завоза дешёвого российского зерна. Но поговорили и забыли, а теперь история повторяется. И уже нет криков о необходимости запретов на поставку зерна из России, обстановка изменилась, запрет введён, а недавно он опять продлён.

Мукомолы области, грозившие остановкой своих предприятий, вновь говорят о дефиците зерна, в то время как официальные органы такую информацию опровергают. Но называются и причины проблем мукомолов: мол, в КТЖ не подписывают планы на перевозку зерна, в то время как ввоз российской пшеницы автотранспортом вообще под запретом. На этом фоне крестьяне на свои остатки прошлогоднего зерна подняли цену до 150 тысяч тенге. И цена муки, якобы неизбежно, теперь растёт. Хотя мне лично пекари говорили о подорожании хлеба, и то небольшом, из-за роста цен на энергоносители. Теперь под сурдинку цены на муку тоже начали расти. Подобная ситуация наблюдается по всей стране, сообщает агентство «АПК Новости». Стало быть, надо ждать второго действия Марлезонского балета? Теперь уже из-за цены пшеницы?

Давайте разберёмся

Говорится, что зерно из России сейчас действительно завезти трудно. При этом всё-таки остаётся прежний вопрос: почему павлодарские мукомолы предпочитают именно российское сырье, а не местное, которое дешевле можно было закупить осенью и зимой, в том числе из квоты Продкорпорации? Остаюсь при мнении, что нашим выгоднее брать вдвойне дешёвое российское зерно, завозившееся ранее по «серым» схемам. Доказать это трудно, но от создавшегося впечатления избавиться ещё труднее. Сейчас, правда, мукомолы не кривят душой: перевезти зерно и вправду стало тяжело. Да ещё КТЖ включилась в игру, планы по вагонам не согласовывает. Кстати, эта ситуация возникла не сейчас, а ещё с месяц назад. В России движение зерна согласовывается, а со стороны КТЖ возникают проблемы. Вот и оскудели потоки зерна с российских элеваторов на наши мельницы.

Местные крестьяне просят за тонну зерна 150 тысяч тенге. При таких ценах мука первого сорта дойдёт до 220-230 тенге за килограмм, мука высшего сорта, естественно, будет ещё дороже. В то же время контролирующие госорганы против повышения цен на такой социально важный товар, как мука. Но что же тогда делать хлебопёкам, ставшим заложниками ситуации? Зерно не завезёшь, даже выгодных коммерческих предложений не стало, хотя, в принципе, многие и закупили его в России. Зерно, готовое к отправке на мельницы, лежит на российских элеваторах, но привезти его стало плохо решаемой задачей.

Впору ожидать больших убытков, особенно с учётом того, что именно с осени мукомольные предприятия обычно запасают зерно для помола. Сейчас поздно говорить о правильности или неправильности закупки дешёвого зерна из России, надо что-то решать, дабы развязать порядком затянувшийся узел проблем. «Эта история с искусственным ограничением по железной дороге может плохо отразиться на ценах на муку. Уже идёт подорожание, а завтра может и дефицит образоваться», – заявили недавно в Союзе зернопереработчиков Казахстана.

Логика хромает

А может, и вправду у нас ситуацию создали искусственно? Ведь ясно же было с самого начала: дефицит зерна обязательно и логично приведёт к подъёму цен на муку. В июле-августе об этом особо не задумывались, ожидали свой хороший урожай, и никто не готовился к дефициту сырья. Делали запас зерна для работы на протяжении трёх недель и считали достаточным. Теперь запреты приводят к некоторому ажиотажу на рынке. И даже если предлагают пшеницу с ноябрьским завозом, заплатить за неё надо немедленно. А решится ли проблема с вагонами даже к ноябрю – никто не знает. Ну и как тут мукомолу рисковать? И параллельно резко подняли цены крестьяне, теперь получается, будто они себе хотят помочь за счёт мукомолов и конечных потребителей.

Честно говоря, подобная чехарда возникает у нас каждый год, на мой взгляд, из-за того, что наш Минсельхоз плохо прогнозирует события и ещё медленнее предпринимает конкретные действия. Ну да, в Павлодарской области нынче засуха выдалась, зерна соберём в два с лишним раза меньше, а то и в три. Но будет гораздо больше 300 тысяч тонн зерновых, плюс прошлогодние переходящие запасы – более полутораста тысяч тонн. Об этом недавно говорил на брифинге заместитель руководителя областного управления сельского хозяйства Толеген Кошербаев. То есть даже без запаса прошлого года урожай нынче в два раза покрывает нашу потребность в зерне, его необходимо 120 тысяч тонн для производства хлеба и макаронных изделий. Другое дело, что и у нас, и в целом по Казахстану после дождей и появившегося зелёного подгона зерно идёт сырым, теряет качество, требует сушки, однако по качеству после этого не будет, скажем так, лучше прошлогоднего.

Своего урожая хватит

Уборочная у нас перевалила за половину, а в республике убрано уже три четверти урожая. То есть хлеб-то будет, ведь, по информации заместителя директора департамента земледелия МСХ Мурата Иргебаева, средняя урожайность нынче 9,3 центнера с гектара. Это по республике, а у нас в области – 4,4 центнера с гектара. Но при этом намолотили почти 12 миллионов тонн зерна, в Павлодарском Прииртышье к 6 октября – 220 тысяч тонн, но это вместе с ячменем и овсом. В стране масличных культур собрано 352,7 тысячи тонн, картофеля – 2,1 миллиона тонн, овощей – 3,2 миллиона тонн, а бахчевых – порядка 2,8 миллиона тонн. Как говорится, с голоду не помрём.

Учитывая ситуацию, когда приходится убирать сырое зерно, сельхозтоваропроизводителям выделены дополнительные фонды льготного дизтоплива на сушку зерновых и масличных культур по 250 тенге за литр. По плану с НПЗ будет отгружено около 62,5 тысячи тонн солярки.

Есть намерение помочь фермерам, пострадавшим от засухи, а теперь и от дождей. С каждым индивидуально решено прорабатывать возможность пролонгации кредитов без выставления штрафных санкций для фермеров. Делается это с региональными финансовыми институтами. По информации заместителя председателя правления АО «Аграрная кредитная корпорация» Мурата Искакова, 33 сельхозтоваропроизводителя уже подали заявки на пролонгацию займов, пока на сумму 2,3 миллиарда тенге. Со стороны других заёмщиков, пострадавших от плохих погодных условий, продолжают поступать обращения по условиям, перечню предоставляемых документов и процедур реструктуризации обязательств. Параллельно используются и другие возможности, например, по линии Продкорпорации разрабатывают критерии и условия отбора фермеров для продления сроков исполнения обязательств по форвардному закупу и товарному кредиту. По словам заместителя председателя правления компании Дархана Даутова, условия пролонгации объявят в ближайшее время.

Так что, хоть и при больших трудностях, но с производством у нас всё-таки относительный порядок, сбор урожая продолжается, о цене на зерно говорить пока рано. Однако и мукомолам нужно работать именно сегодня, сейчас, при 150 тысячах тенге за тонну зерна и при остановившихся поставках из России.

Что же запретили?

Тем более что решение действительно принято в высоких кабинетах. В частности, это произошло на основании решения межведомственной комиссии по вопросам внешнеторговой политики и участия в международных экономических организациях от 10 августа 2023 года. После этого вышел приказ министра сельского хозяйства РК от 25 сентября 2023 года №337 «О введении запрета на ввоз пшеницы на территорию Республики Казахстан автомобильным и железнодорожным транспортом». Приказом продлён запрет сроком на шесть месяцев на ввоз пшеницы на территорию Казахстана автомобильным транспортом из третьих стран и из стран ЕАЭС с 11 октября 2023 года. Кроме того, установлен полугодичный запрет на ввоз пшеницы на территорию Казахстана железнодорожным транспортом из третьих стран и из стран ЕАЭС, за исключением ввоза пшеницы в адрес лицензированных элеваторов, переработчиков зерна и птицеводческих предприятий. Как видим, зерно для переработчиков официально не запрещали, но зато заработал фактор тихого саботажа со стороны КТЖ.

Таким образом, любые потребители пшеницы могут импортировать её через лицензированные элеваторы. И это сделано как раз для исключения спекулятивных серых схем, о которых мы не раз писали в прошлом году. В Минсельхозе особо подчёркивают, что введённые ограничения не распространяются на транзитные перевозки пшеницы через территорию Казахстана железнодорожным транспортом.

Те, кому разрешено ввозить российское зерно, находятся в специальном списке. Перечень зерноперерабатывающих и птицеводческих предприятий формируется и актуализируется НПП «Атамекен». Список лицензированных элеваторов составляется согласно объективным данным учёта и контроля. Министерство сельского хозяйства в дополнение к опубликованному ранее сентябрьскому приказу ещё раз на днях пояснило, что запрет не коснётся пшеницы, импортированной вагонами в адрес лицензированных элеваторов, переработчиков зерна и птицеводческих предприятий. Не затрагивает он и транзитные перевозки пшеницы через Казахстан. Кстати, принятая мера не противоречит международным обязательствам страны, в том числе нормам Евразийского экономического союза. В соответствии со статьёй 29 договора о ЕАЭС государства-члены ЕАЭС во взаимной торговле товарами вправе применять ограничения в случае, если они необходимы для обеспечения безопасности страны.

И запасы имеются

Всё это так, зерно собираем, со спекуляцией боремся денно и нощно, но ведь у нас есть и другой резерв, причём довольно существенный. Оставшиеся запасы зерна. И если ожидаемый валовой сбор с учётом переходящих остатков достаточен для полного обеспечения внутренней потребности республики, то запас можно расценивать как особый фактор стабильности. Так вот, переходящие запасы пшеницы на 1 сентября в сентябре оценивались в 3,7 миллиона тонн.

Но скажите тогда, почему у нас, особенно в Павлодарской и Восточно-Казахстанской областях, в очередной раз раздувается ажио­таж с поставками зерна? Ясно, что мукомолы хотят его заиметь подешевле, понятно, что это они могут сделать только в России. Но видно и другое: в реальности делать это государство не запрещало, как это некоторые пытаются сегодня подать. Через лицензионные элеваторы – пожалуйста, вози себе вволю. А вот с КТЖ ситуация сложнее, обычная его отговорка о нехватке вагонов зачастую действует на власть предержащих магически: мол, раз нет вагонов, то и критиковать вроде как не за что. Хотя, думается, тут и вагонов-то много не потребуется, просто этой потребностью ещё вплотную не занялся никто из тех, кто принимает реальные административные решения. В результате у нас теперь раздуваются инфляционные ожидания по хлебу. Понятно, когда речь идёт о мультипликативном эффекте от повышения энергетических тарифов летом. Все прекрасно знали, что они подстегнут инфляцию. Но когда мы начинаем ловить проблемы на ровном месте, то есть там, где их можно бы было, согласитесь, спокойно избежать участникам рынка зерна и муки, а потом и конечным потребителям, нам с вами трудно всё это понять так, чтобы принять.

Владимир ГЕГЕР.

Фото из архива Валерия БУГАЕВА.