Наиболее подверженными производственному травматизму остаются работники горно-металлургической, строительной отраслей, энергетической промышленности и бюджетных организаций. По мнению прокуроров, рост несчастных случаев на предприятиях области отчасти произошел из-за отсутствия контроля и слабой работы со стороны управления труда. В надзорном органе считают, что в последние годы деятельность этой структуры была больше направлена на увод от ответственности работодателей, на чьих предприятиях травмировались люди.

Порочная практика

– Сейчас мы опережаем многие промышленные области по числу производственных травм, но адекватной ответственности за то, что происходит на предприятиях области, не наблюдается, – отметил прокурор области Серик Караманов. – С конца прошлого года мониторим деятельность областного управления труда и увидели, какая царит атмосфера в этом учреждении. Как результат – руководитель управления задержан за взятку, он создал систему беспринципности, все сводилось только к желанию помочь бизнесу уйти от ответственности за травмы работников.

Нежелание работодателей улучшать условия труда, правовая и техническая неграмотность работников стали основными причинами несчастных случаев. Руководители предприятий не стремятся оформлять с сотрудниками трудовые отношения, подменяют их краткосрочными фиктивными договорами по оказанию услуг либо подрядных работ. По словам прокуроров, такого рода сделки исключают возникновение трудовых отношений и последствий для работодателей, которые уклоняются от оплаты больничных листов, выплат за профзаболевания.

– Подобные фиктивные гражданско-правовые отношения оказались прикрытием для неисполнения трудовых обязательств работодателем, – сказал Саят Абдильманов, начальник управления прокуратуры области. – В то же время нельзя забывать, что привлечение к работам без трудового договора при несчастном случае будет одним из оснований наступления гражданско-правовых отношений. А это ряд обязательств работодателя перед работником. Вместе с тем работнику приходится в суде доказывать то, что он состоял в трудовых отношениях.

Из 24 прекращенных уголовных дел в 2015 и 2016 годах в восьми случаях трудовой договор между работодателем и работником не заключался. К примеру, в октябре 2015 года на строящемся мосту Аксу-Павлодар разбился рабочий. Он упал с основной опоры на бетонную площадку. При расследовании выяснилось, что с погибшим был заключен только договор на оказание услуг. В итоге расследование по делу прервали.

Нередки случаи, когда руководители предприятий стараются скрыть сам факт травматизма. Рабочих уговаривают помалкивать о случившемся либо вынуждают уволиться задним числом. Безграмотность пострадавших играет на руку недобросовестным работодателям. В конце концов виновные лица уходят от ответственности, а люди, получившие производственные травмы, остаются наедине со своей бедой. По мнению прокуроров, эти факты свидетельствуют о пробелах в законе.

– Необходимо внести изменения и дополнения в законодательство, позволяющие предотвращать пагубную практику признания фиктивных договоров недействительными, – отметил С. Абдильманов.

– Анализ деятельности управления труда показал нежелание государственных инспекторов труда принимать меры по снижению уровня травматизма на производстве, – отметил С. Абдильманов.

Основанием для таких выводов послужили несколько факторов, в частности, некачественное планирование проверок. Выяснилось, что предприятия, допустившие большинство несчастных случаев, даже не вошли в график проверок ни в 2016 году, ни в первом полугодии этого года. Выявлены факты, когда трудовые инспекторы не утруждали себя спецрасследованиями по травмам с тяжкими последствиями. К примеру, по четырем несчастным случаям расследования были начаты только после вмешательства прокуратуры.

Обещают исправиться

По выводам прокуроров, бесконтрольность со стороны инспекторов труда, которые по приказам становятся председателями комиссий по специальным расследованиям, свидетельствует об отсутствии принципиальной позиции по исправлению обстановки с травматизмом на производстве. Как правило, госинспекторы не отслеживают ситуацию на предприятиях, допустивших нарушения требований безопасности и охраны труда.

– Требует пересмотра на законодательном уровне качественный состав самой комиссии по расследованию несчастных случаев, – отметил С. Абдильманов. – В частности, это касается крупных производственных объектов. На практике потерпевший остается один на один со своим работодателем. Кто состоит в этих комиссиях? Кроме госинспектора труда, это фактически все работники предприятия. Они условно поделены на представителя работника и работодателя. А представитель работника – это работник этой же организации. Фактически он связан такими же трудовыми отношениями и обязательствами перед тем же работодателем. Это обстоятельство может сказаться на объективности расследования и выводах по его итогам.

Исполняющий обязанности руководителя управления труда Марат Кабжамитов начал с традиционного обещания усилить работу управления и повысить ответственность трудовых инспекторов. Однако это заявление смутило прокурора области.

– Что значит усилить? – переспросил С. Караманов. – Опять говорим в воздух? Вы получили представление в начале года, уже должны были сказать, кто наказан, что сделано.

В ответ чиновник сообщил, что проверки предприятий, допустивших смертельные случаи, запланированы на вторую половину 2017 года. И тут же пожаловался на малочисленность штата трудовых инспекторов, отметив, что в области спецрасследованиями занимаются всего пять инспекторов.

– Ставьте перед акиматом эти проблемы, – парировал С. Караманов. – В последнее время сложилось устойчивое мнение, что госинспекция труда лишь констатирует факты несчастных случаев, не хочет ни с кем ссориться. Вас как в 2015 году передали в ведение местных исполнительных органов, так вы зубы потеряли, стали беззубыми, ручными. Раньше у вас была авторитетная организация, а сейчас с вами никто особо не считается. Ваши инспекторы, возглавляя комиссии по спецрасследованиям, устанавливают вину работодателя в 2-5 процентах случаев, а наша доблестная полиция, опираясь на ваши выводы, даже не занимается расследованием. Процентомания становится коррупционной составляющей для инспекторов. Появляются лазейки решить проблему по-тихому. Но если работник упал с высоты и за него никто слово не замолвил, это еще ни о чем не говорит. Он же не сам взялся за опасную работу и полез туда, ему за это деньги обещали. Всем хочется заработать. А тут человек получил увечье, и начинают придумывать, что работник сам виноват. Там как минимум вина главного инженера. В таких случаях трудовые инспекторы не должны стоять в стороне, виновные должны быть наказаны, чтобы впредь подобные случаи не допускались.

Затерянные письма

Справедливая критика последовала и в адрес медиков. Проверяющие выявили свыше 200 фактов, когда медицинские учреждения не сообщали в инспекцию труда о несчастных случаях на производстве. Такие нарушения установлены в больницах Павлодара, Аксу, Экибастуза и в трех районах области. По итогам проверки прокуроры направили соответствующее представление руководству управления здравоохранения.

– Все случаи мы разобрали, есть журнал, где записываются все производственные случаи. Нарушение было по информированию управления труда и прокуратуры. Объяснительные с первых руководителей собраны. В дисциплинарном порядке они наказаны. Главврачи утверждают, что передавали информацию по электронной почте. Но мы эти письма не нашли, – прокомментировала заместитель руководителя управления здравоохранения Салтанат Тулегенова.

Однако у прокурора области нашлось свое объяснение тому, куда бесследно исчезла переписка между медиками и трудовыми инспекторами.

– Если вы не нашли этих писем, значит, их не было, – сделал вывод прокурор. – Вот вы соберите коллектив и скажите, что в результате вашей халатности мы (прокуроры – прим. авт.) теряем время, не получаем сведения, не выезжаем на места происшествий, не регистрируем их, от нас все скрывают, а нам важно вовремя быть на месте происшествия, не через три дня после случившегося.

Прокуроры акцентировали внимание на отсутствии взаимодействия между трудовыми инспекторами и правоохранительными органами.

– В нарушение требований Трудового кодекса органы внутренних дел по 140 материалам из 141 не сообщили о принятом решении в инспекцию труда. А последние не решили вопрос по привлечению виновных лиц к административной ответственности за сокрытие несчастного случая. Тем самым уводят от ответственности должностных лиц, – отметил С. Абдильманов.

Опергруппа в помощь

По его словам, ситуация усугубляется и отсутствием эффективной практики расследования дел о нарушении правил охраны труда. За два года из 162 досудебных расследований подавляющая часть прекращена следователями за отсутствием состава преступления. А в суд направлено лишь четыре дела. В большинстве случаев органы следствия полагаются только на выводы комиссии. При этом детально не изучаются причины и условия, способствовавшие несчастному случаю на производстве, недостаточно изучается причастность виновных лиц, установленных специальным расследованием.

Восполнить этот пробел прокуроры намерены созданием специальной опергруппы.

– Надо признаться, что ни в областной прокуратуре, ни в органах внутренних дел нет специалистов, которые знают эту тему. Здесь большая пропасть. На сегодняшний день ни у следователя, ни у прокурора нет соответствующей литературы, СНиПов, стандартов. Но сейчас мы всех вооружим, обучим, подготовим специалистов, и тогда уже будет другое отношение к этой проблеме, – сказал прокурор области.

Изменить отношение к проблеме обещают и сотрудники местных исполнительных органов.

– Мы проанализировали причины, которые привели к такой ситуации, – есть и системные, и субъективные моменты, – прокомментировал руководитель аппарата акима Павлодарской области Расул Уразгулов. – В первую очередь это ненадлежащее исполнение служебных обязанностей должностными лицами управления труда. По Аскарову и по руководителю отдела управления труда проводятся следственные действия. Еще четверо сотрудников наказаны в дисциплинарном порядке. Мы усилим контроль за деятельностью управления, привлечем сюда и общест­венность. По штатной численности гос­инпекторов вынесем вопрос на рассмотрение руководства области. По изложенным фактам справедливо замечу, что произошедшее  стало возможным из-за отсутствия четкого алгоритма взаимодействия. У нас нет взаимопонимания между органами здравоохранения, внутренних дел и управлением труда. Сегодня рекомендации прозвучали, акиматам городов и районов даны поручения усилить работу в этом плане и разработать соответствующий алгоритм взаимодействия.

И… молоко за вредность

Очень показательным моментом на этой коллегии стал отчет представителя одного из предприятий, где в прошлом году было больше всего зафиксировано производственных травм. Нарисовав вполне благополучную картину с соблюдением норм охраны труда и безопасности на производстве, докладчик сообщил, что работникам, занятым на вредных работах, выдается молоко за вредность и лечебно-профилактическое питание.

– Вас послушать, у вас все хорошо, – прервал докладчика прокурор области. – Тогда почему такой рост несчастных случаев? Молоко даете за вредность, но надо улучшать условия труда, обезопасить рабочих, не допускать травматизма на производстве.

К слову, с начала этого года от производственных травм уже погибло двое работников. Последний случай произошел на одном из предприятий Аксу. Молодой человек сорвался с 30-метровой электроопоры. Может быть, хватит убеждать и разговаривать? Пора за дело браться.

 

Анна УРАЛОВА.

 

 

irstar.kz